«Остров сокровищ»: Занимательное чтение или Вопросы без ответов.
Продолжение

Начало здесь


Куда подевалась якорная цепь?

«Треть мили отделяла нас от главного острова и треть мили – от Острова Скелета. Загрохотал, падая наш якорь, и целые тучи птиц, кружась и крича, поднялись из леса».
Во время плавания якорь свободным концом крепился к носу судна. Якорная цепь проходила через клюз – канал, соединяющий борт судна и палубу в носовой части и далее наматывалась на шпиль – ворот со стопором. При отдаче якоря свободный конец якоря, стопор освобождался и якорь, падая, своей тяжестью разматывал цепь.
Именно проскальзывание звеньев якорной цепи по краю клюза и создаёт тот грохот, с которым парусные суда становились на якорь.
Всё бы ничего, да только Джим Хокинс, подплыв к шхуне в челноке Бена Ганна, находит вместо цепи якорный канат, который он и перерезает. Причём он знал об этом заранее: «Я задумал, пользуясь ночной темнотой, подплыть к «Испаньоле» и перерезать якорный канат».

Куда подевался ещё один пират?

«Из двадцати шести человек мы могли положиться только на семерых. И один из этих семерых был я. Если считать только взрослых, нас было шестеро против девятнадцати».
Так заканчивается вторая часть книги. Вот эти шестеро: капитан Смоллетт, доктор Ливси, сквайр Трелони и трое слуг сквайра – егёрь Том Редрут, слуга Хантер и, вероятно дворецкий, Джойс. Плюс ещё Джим Хокинс – итого семеро против девятнадцати.
Высадившись на остров вместе с Сильвером и ещё двенадцатью моряками Джим удирает от них, и становится свидетелем убийства матроса Тома, который, несмотря на все уговоры Сильвера, не желает изменить своему долгу. Одновременно бунтовщики убивают ещё одного честного моряка: «Далего, за болотом раздался гневный, пронзительный крик, потом второй и затем душераздирающий вопль. ... – Что случилось? – переспросил его (Тома) Сильвер. Он улыбнулся, но не так широко, как всегда, и глаза его на огромном лице стали крошечными, как острия иголок, и засверкали, как стёклышки. - Что случилось? По моему, это Алан».
Итак пиратов осталось семнадцать человек (но капитан Смоллетт пока об этом не знает).

Доктор Ливси и Хантер плывут в ялике к берегу. «Выскочив на берег, я побежал во весь дух, подложив под шляпу шёлковый платок, чтобы защитить голову от палящего солнца. ... Не пробежал я и ста ярдов, как наткнулся на частокол».
Странно. Доктор плывёт в ялике, то есть под «палящим солнцем» и ничего, но стоило ялику пристать к берегу, как доктор обеспокоился защитить голову. Зачем, ведь «леса начинались у самой линии пролива», по описанию Хокинса.
Если же ему напекло голову, пока он плыл к берегу, что тоже странно - до берега же рукой подать, то ведь его цель – блокгауз, который стоит в лесу, а в лесу нет «палящего солнца».
Далее следует описание блокгауза: «Вокруг сруба находилось широкое расчищенное пространство, обнесённое частоколом в шесть футов вышины, без всякой калитки, без единого отверстия. Сломать его было нелегко, а укрыться за ним от сидящих в срубе - невозможно».
Шесть футов – это примерно метр восемьдесят. Даже если учесть, что сруб стоит на холме, слова о том, что «укрыться за ним от сидящих в срубе - невозможно» звучат странно. Такая высота достаточна для того, чтобы подлезть к частоколу хотя бы на карачках, или на худой конец, просто подползти, ведь «сразу за частоколом начинался густой и высокий лес».
Остаётся предположить, что холм был очень высокий, а следовательно, очень крутой, поскольку иначе ограда была бы слишком далеко от сруба. Но тогда атакующим пиратам потребовалось бы много времени на подъём, ведь бежать вверх по крутой горке, да ещё по песку не так-то просто. Однако во время атаки «в одно мгновение четверо пиратов взобрались на холм и напали на нас».
Впрочем, это мелочи.

Итак, капитан Смоллетт с друзьями покидает корабль; с ними матрос Абрахам Грей, не пожелавший присоединиться к пиратам. Оставшиеся на шхуне пять человек обстреливают ялик из пушки, при этом скайр тяжело ранит одного из них ( минус два человека).

Здесь кстати ещё одна странность: «Я (здесь повествование идёт от лица доктора) мог не только видеть, но и слышать, как краснорожий негодяй Израэль Хендс с грохотом катил по палубе ядро». Но пираты стреляют из девятифунтовой пушки, то-есть из пушки, стреляющей девятифунтовыми ядрами. Девять фунтов – это меньше трёх килограмм - для взрослого мужчины – вообще не вес.
Зачем же Хендс катит ядро по палубе, а не несёт его в руках, ведь так быстрее, а счет идёт буквально на секунды – от шхуны до берега всего четверть мили, то есть примерно 250 метров. А ведь пушку мало того, что надо зарядить, а перед этим добраться до пороха и ядер ( «Я вспомнил, что мы оставили на корабле пушечный порох и ядра и что разбойникам ничего не стоит достать их из склада – достаточно только разок ударить топором» - сообщает доктор Ливси ), но и ещё навести её на цель. А негодяй Хендс ВЫНОСИТ ядро из склада, а потом КАТИТ его по палубе.
Действительно негодяй, и как только его дружки не пристукнули за саботаж.

Затем ялик тонет почти у самого берега и команда капитана спешит на помощь Хантеру и Джойсу, оставленным в блокгаузе после первого рейса. Возле частокола они оказываются одновременно с той частью пиратов, которая высадилась на острове первой. «Мы со сквайром выстрелили, не дав им опомниться. Хантер и Джойс, сидевшие в укреплении, выстрелили тоже. Четыре выстрела грянули разом и не пропали даром: один из врагов упал, остальные поспешно скрылись за деревьями. Снова зарядив ружья, мы прокрались вдоль частокола посмотреть на упавшего врага. Он был убит наповал» (минус ещё один человек).
Почти тут же тяжело ранят Тома Редрута, который умрёт через несколько часов.
Таким образом после всех этих событий расклад сил таков: у пиратов один тяжелораненый, один убит; у команды капитана – один убитый.

Далее Грей и Хантер отправляются за провизией к ялику; видят пиратов, вылавливающих припасы из затонувшего ялика. «Пятеро разбойников усердно вылавливали припасы из нашего затонувшего ялика и прертаскивали их в стоявшую неподалёку шлюпку. Сидевшим в шлюпке приходилось всё время грести, потому что течение относило их в сторону. Сильвер стоял на корме и распоряжался.»
Целая куча странностей.
Почему пираты не пристали к берегу - тогда людей для переноски будет больше? Ну это можно ещё объяснить тем, что шлюпка находилась рядом с затонувшим яликом.
Если так, то почему просто не бросить якорь, ведь на корабельных шлюпках должен быть якорь. Ну, допустим, что и якоря в шлюпке не было. Но почему пираты не выставили охранение? Пусть даже простые матросы не слишком крепки умом, хотя они бывшие пираты, то-есть люди, привыкшие воевать, но Сильвер-то далеко не дурак, чтобы так легкомысленно подставляться под возможный выстрел.
И наконец, почему Грей и Хантер не воспользовались такой удобной возможностью, чтобы застрелив Сильвера, обезлавить таким образом бунтовщиков? Если предположить, что до шлюпки, где находился Сильвер, было далековато для прицельного выстрела, то почему бы им не попытаться подстрелить пару пиратов, вылавливающих припасы? Ведь ялик затонул в тридцати ярдах от берега, а лес начинается сразу у линии прибоя. То есть до ближайшей цели не более 50 метров. Мушкеты, естественно, только у сидящих в лодке, с которой сделать прицельный выстрел непросто, тем более, что Грей и Хантер – в лесу, то-есть невидимы для неприятеля. Все шансы в их пользу.
А они не стреляют, чтобы уменьшить число врагов, а возвращаются в блокгауз. По меньшей мере глупое поведение для людей в их положении.

Чуть позже: «На БЕРЕГУ, как раз напротив частокола, несколько человек рубили что-то топорами. Впоследствии я узнал, что они уничтожали несчастный наш ялик» - говорит Джим Хокинс.
Это что же получается – сначала пираты выловили все припасы, затем вытащили ялик к берегу, и, вместо того, чтобы вылить из него воду и забрать себе, просто изрубили его топорами? Зачем же тогда было тащить его к берегу целых 30 ярдов, затем, ПОЛНЫЙ ВОДЫ, вытаскивать на берег? Проще было бы перевернуть всплывший ялик и пробить дыру в днище, ведь глубина, на которой он затонул, была фута три, то есть меньше метра.
Впрочем, пираты народ легкомысленный, да они к тому времени уже изрядно приналегли на ром...

Первый вечер в блокгаузе. Доктор Ливси сообщает: «Из девятнадцати их уже осталось пятнадцать, причём двое ранены, а один, подстреленный у пушки, если не умер, то, во всяком случае, ранен тяжело».
Здесь соответствует истине только одно – пират, раненый у пушки. Ведь Джим Хокинс ещё не присоединился к своим друзьям, значит они НЕ ЗНАЮТ о гибели двух матросов – Алана и Тома. К тому же они считают самого Джима мёртвым, ведь сквайр на корабле и доктор в лесу слышали крик (Алана) и считали, что это кричал Хокинс: «Не впервые я сталкивался со смертью – повествует доктор, - я служил в войсках герцога Кемберлендского и сам получил рану под Фонтенбло, но от этого крика сердце моё сжалось. «Погиб Джим Хокинс», - решил я».
Единственное, что им известно в данный момент – раненый пират на корабле и убитый у частокола.
И кто же те ДВОЕ РАНЕННЫЕ пираты? Ранить их могли только у частокола, тогда же, когда был убит один из пиратов. Однако в тексте об этом не упоминается.
То-есть Ливси должен был сказать «Из девятнадцати их уже осталось СЕМНАДЦАТЬ, а один, подстреленный у пушки, если не умер, то, во всяком случае, ранен тяжело»

Но вернёмся к фактам. Итак, разбойников ПЯТНАДЦАТЬ, из них один ранен, и вероятно, к этому часу уже умер.
Джим Хокинс благополучно присоединяется к своим друзьям. Только тогда капитан Смоллетт узнаёт, что двое честных моряков убиты. Этого нет в тексте, но очевидно, что повествуя о своих приключениях на суше, Джим Хокинс рассказал и это.
Таким образом капитану становится известно, что пиратов всего ПЯТНАДЦАТЬ человек, и один из них тяжело ранен.

На следующее утро к осаждённым является Сильвер, и первым делом принимается упрекать капитана, вот, дескать, что же это такое, укокошили спящего человека ни за что ни про что, трахтули вымбовкой по башке, тоже мне, джентльмены называется... Это конечно проделка Бена Ганна, но капитан об этом может только догадываться. Одно ясно – пиратов стало на одного человека меньше.
Таким образом, перед началом атаки на сруб, пиратов было ТРИНАДЦАТЬ. Раненый не в счёт, его капитан не учитывает.

Атака. Все героически сражаются и пираты удирают восвояси. «Через минуту из нападающих никого не осталось, за исключением пяти человек: четверо лежали внутри укрепления и один снаружи». То-есть из ТРИНАДЦАТИ человек погибли пятеро.
«У них выбыло из строя пятеро, у нас только трое – значит нас теперь четверо против девяти» - говорит раненый капитан Смоллетт. Здесь стоит примечание Хокинса о том, что раненый сквайром на корабле пират скончался в тот же день, но они узнали об этом значительно позже.
Но тринадцать минус пять – это ВОСЕМЬ, ведь ранее доктор сказал, что пират, раненый у пушки, ранен тяжело, и в расчёт, естественно не принимается. Это ясно из слов капитана «У них выбыло из строя пятеро» - именно столько негодяев полегло во время атаки.
Итак, пиратов, по словам Смоллетта, осталось ДЕВЯТЬ. На следующее утро Израэль Хендс на шхуне убивает О’Брайена и сам гибнет от руки Джима. Пиратов остаётся СЕМЕРО.
Хокинс в тот же день, поздно ночью, возвращается в блокгауз, как он думает – к друзьям и попадает в лапы шайки Сильвера. И тут чудесным образом один из негодяев куда-то исчезает: «Только шестеро пиратов остались в живых, и все они были тут, предо мною».

Продолжение следует